— Я смотрю, ты терпеливо ждал свою кошечку?.. — протянула я игривым голоском, продолжая играть роль и одновременно всматриваясь в полумрак перед собой, с тревогой прислушиваясь к собственному участившемуся сердцебиению. Я словно вновь впервые опоила клиента, чтобы обокрасть. И сейчас волновалась, сумею ли все провернуть и не оставить после себя следов. — Ну скажи, что ты скучал… — подпустила в голос еще капризных ноток, — или мне ещё нужно тебя удивить?

Свет в коридорчике был приглушён, мягкий, будто номер специально не хотел, чтобы здесь спешили. Стены — тёмные, с матовым металлическим отливом, они отражали меня расплывчато, ломая силуэт. Я поймала своё отражение в одной из панелей и машинально поправила волосы, чувствуя, как под тканью вульгарной блузки вниз по позвоночнику скользнула холодная капелька. Что-то у меня сегодня разыгрались нервы…

Чем ближе я подходила к гостиной, тем шире становилось пространство. Потолок поднимался, свет менялся — из тёплого в более холодный, звездный. Встроенные экраны вдоль стены показывали медленное движение космоса: тёмный фон, редкие огни, словно кто-то нарочно задавал ритм дыхания.

Гостиная раскрылась передо мной сразу, едва я свернула за угол. Панорамное окно занимало почти всю внешнюю стену, и за ним взбудоражено мельтешили огни ночного мегаполиса: носились по своим делам аэроскутеры, сияла ядовитыми оттенками неоновая реклама. Мебель была расставлена с умыслом: низкий столик, диван, кресло у окна. В кресле, откинув на спинку голову с кожными наростами в виде чешуи пепельно-изумрудного оттенка, сладко спал тот, ради кого я все это и затеяла…

— Ко-оти-и-ик… — призывно протянула я еще раз, настороженно глядя на яоху в дорогом костюме, проверяя крепость его сна. Этот гад не снял с себя пиджак перед тем, как вылакать предложенный бокал. А это означало, что мне придется его обыскивать. Не хотелось бы, чтобы он проснулся в процессе…